Именно это невезучий эрудит Дюппи должен был увидеть на индийских планисферах и на таблицах Дендеры; тогда он не стал бы отрицать ни истинно католическую, универсальную и вечную религию, единодушно признаваемую всей природой, ни дошедшие до нас сквозь века памятники науки. (1) Именно память этого научного и религиозного абсолюта, этого учения, изложенного в слове, этого потерянного и обретенного слова и послужила движущей силой всех античных посвящений. Сохраненная ли, профанированная ли знаменитыми тамплиерами – именно эта память была передана тайным организациям розенкрейцеров, иллюминатов и масонов и легла в основу их странных ритуалов, более-менее известных знаков и их традициям в целом; именно она стала ключом их могущества.



(1) Имеется в виду "L'Origine de tous les Cultes, ou Religion Universelle" в 12 томах (Париж, 1794) том №8, и атлас в томе №4. В этой работе автор пытался показать единственность догмы, лежащей в основе множества символов и аллегорий. Иными словами, он объяснял религию через астрономию, культ света – через календарь, чудеса – через природные явления. Примерно в 1821 году появилась и сокращенная версия книги, в одном небольшом томе. Таблица Дендеры (или Дендры) – это огромный зодиак, изображенный в скульптурном виде на потолке галереи местного храма.

[Иллюстрация – стр. 31 – Пентаграмма Абсолюта]

Мы не собираемся отрицать, что на учение и мистерии Магии пала печать профанации. Повторяясь из века в век, искажение науки стало ужасным уроком для тех, кто необдуманно раскрыл ее тайны. Из-за гностиков христиане запретили Гнозис, и официальное святилище их было закрыто для высших посвящений. Таким образом, иерархия знания оказалась скомпрометированной вмешательством узурпирующего невежества, а беспорядок в святилище не преминул отразиться беспорядком в государстве, поскольку царь, желая того, или нет, всегда зависит от священнослужителя, и именно из божественного наставления земные власти черпают энергию для своего существования. Ключ к науке был брошен детям – как и следовало ожидать, они не поняли, как им правильно пользоваться и в итоге практически утеряли. Однако, несмотря на это, граф Жозеф де Мэйстр, человек потрясающей интуиции и большой душевной смелости, а к тому же – убежденный католик, увидев, что мир лишился религии, но оставаться в таком состоянии более не может, инстинктивно обратил взор на последние святыни оккультизма и чистосердечной молитвой призвал наступление того дня, когда естественное притяжение, существующее между наукой и религией, заставит их наконец слиться воедино благодаря человеческому гению. "Это будет великим событием" - писал граф, - "оно завершит окружающее нас восемнадцатое столетие (…) и мы будем вспоминать о нашем сегодняшнем невежестве, как сейчас вспоминаем о варварстве средневековья".

<<... назад, на предыдущую стр. :: дальше, на следующую стр...>>